Галерея

civbe_screen19 Все Чудеса Света У Цзэтянь (Китай) civ5_z219

Культурная победа Сида Мейера

Сид Мейер в роли советника в CivWorld В прошлом году портал Eurogamer опубликовал большую статью, посвященную творческому пути Сида Мейера и секретам успеха серии Sid Meir’s Civilization. Ниже размещается перевод данного материала, сделанный коллегами с сайта ProGamer.ru.

* * * * * * * * * * * *

В середине прошлого века существует воображаемая линия, лежащая где-то в районе 50-х годов и разделяющая два поколения подростков Америки и Канады. Первые – кто постарше – те, у кого всё было классно. Классные ролики! Классная бейсбольная перчатка! Ух, какая классная у тебя подшивка «Популярной Механики»! А вторые – те, у кого всё было круто.

Сид Мейер, как выяснилось, принадлежит ко вторым. Спросите его про один из ранних платформеров, Floyd of the Jungle, он добродушно рассмеётся и признается, что было очень круто начинать делать игры. Спросите его, почему он перестал делать симуляторы, он добродушно пожмёт плечами и скажет, что все свои по-настоящему крутые идеи вложил в самый последний. Самое сложное в том, чтобы быть дизайнером – то, что нужно быть крутым и самому: «Надо выяснить, что круто, а что нет, и убедиться в том, что первое останется в игре, а второе в неё не попадёт». Оставаясь дружелюбным до конца, Сид Мейер делает игры простыми с виду. Суметь сделать так, чтобы они выглядели просто – и при этом выглядели круто – это его конёк. На деле всё оказывается не так уж и просто, так ведь?

Если вы хоть раз играли в игру Сида Мейера – хотя бы в одну из многих, что имеют собственных главных дизайнеров, но на коробках красуется имя Мейера – то вы уже знаете, чего можно ожидать от любой другой. Незамысловатые действия приводят к замысловатому отклику игры, всё удовольствие заключается в сложности, скрывающейся за чередой обманчиво бесхитростных событий. Мейер наиболее известен благодаря своим стратегиям, и его репутация отчасти обязана тому факту, что он сумел сделать жанр более доступным для новичков, при этом не потеряв его глубины. Он провёл миллионы игроков от первого поселения до апокалиптической схватки империй на пике развития путём принятия серии интересных решений, о которых он особенно любит рассказывать. Мейер объясняет, что наличие выбора – это суть хорошей игры. Это может звучать, как пустое философствование (споры на тему подобных заявлений никогда не прекращаются), но всё же этот вспомогательный элемент всегда поджидает вас в его играх. Где поселиться? Когда начать строительство? Что исследовать дальше? Поздравляем – вы перешли в эпоху Возрождения.

И сам автор во многом похож на свои игры. В общении Мейер многословен, но рассудителен, дружелюбен, но педантичен. В этом сдержанном человеке в сером кардигане, со смешливой манерой общения чувствуется та характерная ясность мышления, что помогла сформировать последние два десятилетия игр. Возможно, эта ясность обострялась скромными возможностями первых домашних компьютеров.

«В те дни мы не могли создавать виртуальные миры, столь же яркие, что создаёт ваше воображение», — объясняет мне Мейер, пока мы сидим в конференц-зале Firaxis, стены которого увешаны игровыми артами и дисками в рамочках: вся длинная карьера аккуратно уместилась под стеклом. – «То, что вы раньше видели на экране, в основном служило стимулом для вашей фантазии. Сегодня мы можем показать многие вещи более реалистичными, но вы по-прежнему способны представить себе более полную картину. Мы не перестали смотреть на игры, как на стимулятор воображения».

Он плавно переходит к другой теме: «Думаю, это одна из причин, по которой пошаговые игры во многих случаях получаются удачными: вы чувствуете, что у вас есть сколько угодно времени на обдумывание своих возможностей и последствий тех или иных действий. Ваш разум проделывает масштабную работу, а этого мы и добиваемся. Мы всё ещё помним, что важно заставить работать мозг игрока, а не только его пальцы».

Эта простая идея, выраженная неброскими терминами, описывает всю глубину стратегических игр – а порой они кажутся наиболее глубокими из всех – и описывает более ясно, чем всё, что я слышал ранее. Во всяком случае, она идеально описывает ощущения от игры в Civilization.

Ах, «Цивилизация»! Самым известным творением Сида является серия, предоставляющая в ваше распоряжение, как можно догадаться из названия, весь путь человеческой истории. Это программное воплощение всего жизненного стажа нашего вида, и судьба народов в нём может сложиться миллионом возможных способов – во многих из них Ганди запросто может закидать всех ядерными ракетами. Иными словами, масштабы Civilization огромны. Такая игра должна совершенно сбивать вас с толку – но на практике такое случается редко.

«Суть Civilization в том, что каждый её элемент, если рассматривать его отдельно, довольно прост», – объясняет Мейер. – «Если взглянуть на правила, согласно которым разрастается ваш город или проходят бои, то они предельно ясны. Вам сразу видно, сколько гексов или квадратов может пройти юнит и сколько времени уйдёт на исследование технологии».

«Вы начинаете ощущать всю сложность уже у себя в голове, оцениваете и сравниваете разные стратегии», – продолжает Сид. – «Тут дело не в том, что вы пытаетесь предугадать, что сделает компьютер или какие случайные цифры выпадут на виртуальных костях. Вы можете точно оценить ситуацию. Это похоже на шахматы. Каждый элемент выглядит простым и понятным, пока они не начинают взаимодействовать. В «Цивилизации» вам с самого начала ясно, что к чему, но главный интерес кроется в том, что именно вы будете со всем этим делать».

Civilization захватывает многих игроков – а иногда и приводит их в ярость – в течение многих лет, начиная с первой игры, которая изначально должна была нести в себе больше элементов стратегии реального времени, чем пошаговых. Та отменённая версия интересна не только как часть истории, но и как возможность мельком взглянуть на развитие дизайнерских задумок Мейера, на то, как он анализировал правила и их влияние, как заострял внимание на нюансах, незаметных для многих игроков, но, тем не менее, влияющих на их ощущения от игры. Когда дизайнер Firaxis, Джейк Соломон (Jake Solomon), работал над XCOM: Enemy Unknown, Мейер предупредил его, что проект превращается в игру, в которой игроки не стремятся выиграть, а стараются просто не проиграть, и ещё в ранних 90-х он вывел схожее различие между разными подходами к Civilization.

«Оригинальный дизайн Civilization был гораздо ближе к SimCity», – поясняет он. – «Просто представьте SimCity с обширной территорией. Здесь разметим место под город, тут сделаем сельскохозяйственный участок. Отступаем в сторонку и любуемся, как меняются цифры. Красота. Но при этом я отдалял вас от игры, и в какой-то момент мы решили: давайте прикрутим движение юнитов и дадим игрокам более чёткое понимание их влияния на происходящее».

«И тут я будто прозрел», – смеётся он. – «Раньше вы бы большую часть времени просто наблюдали за действием. Очень важным было то, что вы не задумывались о ближайшем будущем. Ваш мозг был занят мыслями о том, что случилось минуту назад. А когда вы отстаёте от игры, это уже совсем не интересно. Намного лучше смотреть вперёд, в ожидании последствий своих действий».

Похожие мысли дизайнера и вымышленного игрока в Civilization: «Я смотрю на происходящее издалека, в любой момент готов спуститься на землю, и если возникнет проблема, значит я слишком долго оглядывался назад. Значит, я упустил хорошую возможность». Мейер описывает Civ, как проект, который многому его научил. Видимо, потому что проблем у проекта хватало, как легко исправляемых, так и практически неразрешимых, вдохновляющих на креативное мышление – сложности нередко вдохновляют.

«Во времена Civ1 мы были просто поражены, что такое вообще возможно», – смеётся Мейер. – «Пройти весь путь человеческой истории на своём компьютере. Но для игроков абсолютно нормально быть чем-то недовольными, думать: «Как бы я сам сделал эту игру?». Каждый игрок – это геймдизайнер. Вы играете в игру, развлекаетесь, отмечаете, что в ней есть особенного, а потом говорите себе: «Вот тут не совсем так, как бы мне хотелось, а здесь я бы сделал вот так» и всё в таком духе».

«К примеру, возьмём кульминацию каждой партии. Бывают такие моменты, когда игрок думает: «Я вижу, что выигрываю, но победы всё равно ждать ещё целых 1000 лет». Мы пытались справиться с этим множеством разных способов – вероятно, «Цивилизация» обязана своим богатством геймплея именно нашим бесчисленным обсуждениям. У Civilization есть традиционные проблемы, с которыми мы постоянно боремся: концовка и бои. Впрочем, мы можем позволить себе то и дело выпускать новые части, экспериментируя с этими вещами».

Что бы вы ни думали о способах решения проблем серии, предлагаемых разными главными дизайнерами, долголетие игры просто поразительно, равно как и жаркие дебаты после каждого изменения, будь то добавление новых условий победы, новых видов гексов и отмены стеков. Игре уже целых 20 лет, почему она до сих кого-то настолько волнует?

Для ответа на этот вопрос обратимся к двум типичным мейеровским разграничениям. Первое – это разница между изучением и обучением.

«Мы проводим чёткую границу между этими понятиями», – говорит Мейер. – «Обучение – это когда тебе объясняют, как ты должен думать и что делать. Изучение – это самостоятельное развитие мышления или практические эксперименты. Получение представления о чём-то на основании собственного опыта, а не чужих слов. Именно это мы и пытаемся преподнести в Civilization. Это самый полезный опыт для игрока – научиться чему-то и принять концепцию, потому что вы сами её опробовали, потому что проверяли другие варианты и этот оказался лучше».

Второе разграничение в том, что игры серии Civilization основаны на настоящей истории, но не привязаны к ней. В разговоре я спрашивал Мейера, влияет ли на концовку «Цивилизации» проблема, скажем так, с концовкой реальной цивилизации. Всё как-то невесело, что там, что тут.

«Мы отвергаем такую точку зрения», – посмеивается Мейер, наклоняясь вперёд на своём стуле. – «Если в реальности есть что-то невесёлое, то в игре мы это поменяем. Мы без раздумий меняем мир, своё видение мира, интерпретацию мира ради того, чтобы сделать игру более интересной. Мы не ограничены тем, что происходило на самом деле или тем, насколько всё должно быть реально. Если придётся выбирать между реализмом и удовольствием от игры, мы выберем второе, и обоснуем это с помощью какого-нибудь смутного исторического события, вроде 300 спартанцев, сдерживавших армию персов или типа того. Всегда можно найти какой-то исторический прецедент для обоснования своих решений. Если «Цивилизация» становится скучной, это не значит, что реальность скучна. Это значит, что мы приняли плохое решение».

Мейер настолько серьёзно относится к божественному дизайнерскому праву изменять историю, что он увековечил его в одном из своих знаменитых 10 правил геймдизайна: «Изучайте игру после того, как создали её» . Его правила вообще полезны для ознакомления, чтобы лучше понять игры, к созданию которых он приложил руку, и чтобы лучше понять его самого.

  • Выбирай тему, к которой у тебя есть страсть. Геймдизайн — это про творчество.
  • Проводи исследования после выпуска игры. Залезай в головы игроков.
  • Выведи свои аксиомы, затем выведи их по-новой. Делай прототипы, затем делай прототипы, затем делай прототипы; пробуй посидеть на всех стульях.
  • Умножай все на два или дели на два. Ты заблуждаешься сильнее, чем тебе это кажется.
  • Убедись, что удовольствие получает игрок, а не дизайнер/компьютер.
  • В игры должно быть легко втянуться, но сложно бросить.
  • Простые системы в связке друг с другом рождают комплексность.
  • Сделай, чтобы было Эпично!
  • Знай, когда остановиться. Больше не всегда значит лучше, и ты не должен что-то делать просто потому, что ты это можешь.

Они затрагивают обычные темы, выделяя уважительное отношение к аудитории и отсутствие демонстративности: «Удовольствие должен получать игрок, а не компьютер/дизайнер», «Не нужно делать что-то просто потому, что вы можете это сделать». В этом списке можно почувствовать кроткую, почти лютеранскую мораль. А есть и правила, которые могу быть только следствием опыта: «Либо удваивайте, либо делите на два» – о том, что веские изменения важнее незначительных. Как-то я спросил одного из знакомых разработчиков об этом правиле, и он сказал, что всегда так и делает: «Ты либо начинаешь гораздо быстрее двигаться в правильном направлении, либо просто начинаешь двигаться после того, как застрял на месте».

by Christian Donlan, Eurogamer
русский переводProGamer.ru

>>> Перейти ко второй части статьи <<<

Leave a Reply